Новости

Когда в телехронике показывают вести со СВО, я всегда присматриваюсь к маскировочной сети, если она попадает в кадр. Причина тут простая. Ко мно-гим сетям, которые делают волонтеры в Зеленограде, привязывают так назы-ваемые «жучкИ»: как бы листик с травкой, который крепят на перекрестья се-ток. Получается такой крутой камуфляж, что рядом будешь стоять — не различишь. Даже искусственный интеллект с дронов их не засекает, потому что ручную работу не просчитаешь. Этих «жучков» вяжут в нашем городе многие, даже отдыхающие в пансионате «Никольский парк». Библиотекарь Наталья Субботина раздает материал, ножницы и показывает желающим технику. Ее племянник Макс сейчас на СВО, но помогать фронту она стала еще раньше, когда к ней с этой идеей обратилась Наталья Дубровская, руководитель зеленоградской волонтерской организации «Дела дороже слов». - Я восхищаюсь нашими гостями, - говорит библиотекарь. - Это почетные люди, заслужившие достойный отдых. Их не надо уговаривать или напоминать, они сами в свободную минуту приходят и занимаются нехитрой работой, которая спасает жизни ребят на фронте. В пансионате в каждом заезде несколько путевок выделяется раненым со СВО. И Зеленоградец, и Киргиз, и даже молодой парень из Непала пошли служить, потому что любят Россию, потому что она - «за правду». Спокойная атмосфе-ра, бассейн, массаж, психолог. Внимательное отношение персонала и гостей также исцеляют не хуже лазера. - У меня племянник Володя — кавалер двух орденов и медали «За отвагу». Снайпер-штурмовик. Сильное ранение. Сыновьям-близняшкам еще годика нет, а он опять на фронт ушел, там же и другие мои племянники, - рассказывает красивая седая женщина «из отдыхающих» Анна Поликарпова. - А я вяжу носочки бойцам. Отзывчивость у Анны Тимофеевны — от матери, та говорила: «Делай добро и бросай его в воду». Так Анна и поступала. Много лет проработавшая в загсе, ветеран труда и почетный донор, сейчас она и дома, на северо-западе, в районе Строгино, помогает фронту, чем может. Как и многие пенсионеры. Кто — при своем Совете ветеранов, кто — в «Московском долголетии». Они хотят быть полезными фронту хоть «малой лептой». По всей Москве сейчас так. Но как не сочетаются дела старшего поколения и репортажи с передовой с не-которыми телепередачами, на которых выступают тошнотворно прилизанные юноши с претензией на вокал. Видно, упустили мы детей, отдали на воспитание телефонам и компьютерам. А ведь именно сейчас так важна монолитность нашего, такого разного, общества. Только когда каждый из нас осознает, что без него — никак, что и его ячеечка должна быть в общей сети, все изменится как по волшебству. Тогда фронт необратимо двинется вперед и никто нас не остановит: ни укропы, ни янки, ни гейропа, ни наднациональные корпорации масков-карпов. Все это обвалится, как писал Лев Толстой, под «дубиной народной войны», которая будет несокрушимо гвоздить врага до полной капитуляции. Вы служите, мы вам все пошьем Пятый год идет специальная военная операция. Кто-то говорит: люди устали помогать фронту. Какие люди? Наверное, те, кто и не помогал совсем. А вот единомышленники из группы «ZПоддержим наших.Зеленоград.» не устают. И в дождь, и в зной, и в снег они едут сюда, где в одном из помещений завода «Элион» плетут маскировочные сети, кроят камуфляжные костюмы и антидроновые одеяла. Раньше ютились в другом месте и в церкви Филаретовской. Но нашелся патриот — предприниматель, снявший для них просторную комнату, где помещается рама, на которую можно целиком натянуть маскировочную сеть во всю длину. Благодетель позаботился и о бесплатных обедах для мастериц. Но летом - кто в отпуске, кто на даче, рук не хватает. - А это что за зверь? - показываю на железный агрегат на полу. - Сами смастерили, чтобы резать ткань с бобины на ленты, - с гордостью объ-ясняет Ольга Богославская - руководитель группы и модератор чата «ZПоддержим наших.Зеленоград». Ясно. Женщины потом надрежут сбоку на ленте «реснички» и обмотают каж-дую ячейку растянутой на раме основы. Мы суетимся, бегаем, думаем как подзаработать, а кто-то идет после трудового дня сюда, где собираются незнакомые в общем-то люди, и режет ленту, плетет «жучков», пакует посылки. Всей душой хочется быть рядом с такими людьми. Потому что легче и приятнее жить, когда ты уверен, что все делаешь правильно. Внезапно дверь широко распахивается. На пороге - три богатыря. Улыбчивый Луч, красавец Монах и спортивный Дилетант. - Здравствуйте! Бог в помощь! - Привет, орлы! Как дорога? - Аховая! Объятия, рукопожатия, улыбки. Оказалось — ребята с фронта. Загрузятся и сегодня же - назад. Кроме зеленоградца Луча, он домой на денек заскочит. Там ждет жена с дочками, одной — 9 лет, другой еще двух нет. Дамир (Луч) очень переживал, что на роды не смог приехать. Протягивает к малышке руки, а она смотрит удивленно, не видела раньше папу. Дамир работал в сфере зеленоградского ЖКХ, когда пришла повестка на мобилизацию. Собрался и пошел к нашему знаменитому зеленоградскому военкомату. Там прощался с родственниками и друзьями. Спрашиваю у него: - Кому сеть отдадите? - Эту — никому! - Луч прижимает лохматый тюк к груди как драгоценность. - У наших мастериц — легкая рука. На фронте ждут буквально все изделия, хотя сейчас не то, что в первые дни СВО, когда была нехватка всего. Но там — что положено по разнарядке, а здесь — другое. Женщины сшили антидроновый костюм, и буквально через несколько дней мы даем обратную связь: полы мешают, цепляются. Тут же перекроили, родимые, и получилось пончо. За ленточкой, в разведке — самое оно. Узнав, что у всех троих есть осколки в теле, которые по разным причинам не стали удалять хирурги, я запричитала: ведь в старости они могут о себе дать знать. Мужчины переглянулись с улыбкой: мол, мы согласны, хорошо бы до этой старости дожить. Просто озноб по спине. Смотрю на разложенные на столе искореженные вражеские БПЛА, которые парни привезли в Зеленоград для музея («Ищем помещение», уточняет Ольга), и становится жутко. Как выжить под этим беспощадным, смертоносным недреманым оком, круглосуточно рыщущим в небе? - Когда же вас сменят солдаты из регулярной армии? - Новобранцам сложно, - отвечает Рагим. Монахом его прозвали не столько за то, что верующий, сколько за то, что спокойный. Иногда по лицу его проходит мелкий спазм — верный признак ранения. Или дикого перегруза и недосыпа, когда не даешь себе расслабиться месяцами. - Я против того, чтобы срочников — на фронт, - продолжает Монах, - это — дети. Сначала они должны всему научиться и главное — мотивироваться. Мы, например, знаем, за что воюем: за свои семьи, за своих сыновей, дочерей. Сейчас мы с Дилетантом в группе эвакуации. Вывозим с поля боя раненых. Бывает команда стоп, когда за ранеными идти нельзя, настолько велика опасность. Но часто мы переглядываемся и все-таки идем. Есть такое понятие: «вытек человек». Если сразу не поможешь, умрет от потери крови. Поэтому есть силы, нет сил, но где-то там лежит человек, чей-то сын, чей-то отец. Я сам так когда-то лежал, и если бы не Максим (Дилетант)… Здорово меня тогда уделали, плечо теперь на пластине держится, но Макс перевязал, уколол, поставил на ноги. Тут и ему прилетело. Так, нашпигованные, держась друг за друга еле добрели до своих. Макс - худой, в два раза меня легче, а не бросил. Теперь он мне брат родной, хоть мы и разных национальностей. ... У меня в голове проскакивает, что только в русском языке слова друг и другой — однокоренные... В дороге главное — молитва - Почему вы помогаете фронту? - спрашиваю Андрея Красинского. - Наверное, это долг каждого мужчины в тылу. Да разве я один? Весь наш коллектив и множество схожих групп в Зеленограде, предприниматели и простые пенсионеры, взять хоть моего отца Олега Юрьевича. - А чем ваш папа занимается? - Ему 71 год, пенсионер. Уехал на дачу, чтобы шить там антидроновые одеяла и пончо для фронта. И молиться в тишине за Россию и наших бойцов. А когда надо везти грузы на передок, то за руль садится. При первом же напряжении с топливом, опекающий группу добровольцев предприниматель закупил 500 литров, это 10 канистр с бензином. Отец Андрея взял в кабину домашнюю икону Казанской Божьей матери и двинулся на Донбасс, читая молитвы. На борта и даже на крышу наклеил образ архангела Михаила. Мало того, что дорога и так раздолбана, над ней постоянно, как стервятники, зависают беспилотники. Но ближе к Луганску встретили добрые люди, показали самый безопасный путь к нашим Зеленоградским Лучникам (снайперам). Слава Богу, все обошлось, бойцы заправили полные баки. А командир Чечен сказал Андрею: «Ваш батя - геройский мужик!». - А он просто верующий, принявший решение стоять «за други своя» до по-следнего. Молитва ох как помогает! Вот Монах с Дилетантом как-то ехали, и в них попал дрон, но не взорвался. Мы ездили за раненым, еле вернулись, только вышел из машины — стук и плеск. Смотрю — кардан отвалился, и из бензобака потекло. Ангел-хранитель выручает. Держимся только потому, что православные. На машинах, которые наша группа приобрела для фронта, бойцы вывезли из-под огня уже сто тяжелораненых. Это бесценно... - А давайте сделаем общее фото! - предлагает идейный вдохновитель группы Ольга Богославская. - Ребята торопятся! Работа и общение не заканчиваются для Ольги никогда. После служения в церковной лавке и плетения сетей она садится дома за компьютер и отчитывается перед подписчиками о расходе перечисленных средств и о новых заявках с фронта. Машины, мотоциклы, вездеход, багги, пауэрбанки, медицина, связь, камуфляж, продукты… Столько сделано за эти годы! И сделано всего немногим больше, чем сотней людей. Как много мы можем, если слушаем свое сердце! А если бы все наше общество было таким? Если бы футбольные клубы тратили сотни миллионов долларов не на голенастых иноземцев, а на новейшие системы антидроновой защиты? Если бы сотни тысяч, идущие на силикон для уродливой красоты, пошли бы на технику? А миллионы на бренды и прочие излишества? Наша оборона стала бы монолитной броней, а движение вперед неумолимым. Вот, говорят, нам нужна идея, чтобы объединиться. А чем плоха идея победы? Давайте объединимся всем обществом вокруг нее. Или хотя бы сделаем вместе сеть. Вы — с нами? Татьяна СИДОРОВА